У товарища icadell есть тег “контора пишет” — вот там собраны ништяки.
Про соблюдение Прав Человека, например:
“Извращенцы - довольно ненулевая статья нашей деятельности. Штука вот в чем - человек, осужденный за преступление, которые в России относят к категории “против половой свободы граждан”, считается тут не преступником - а больным. И помещается соответственно, в заведение, которое называется не словом “тюрьма”, а словом “исправительный центр”. Разница как между яблоком и еще яблоком, как сказал бы Буба Касторский. Так вот, за полгода до предполагаемого особождения с некоторыми из осужденных (виноват, пациентов) происходит такая неприятная вещь: в порядке гражданского судопроизводства, прокурор возбуждает дело о том, что рано его выпускать. Исследования нашего эксперта, говорит прокурор, дают основания полагать, что этот человек еще не исправился, и представляет общественную опасность. Давайте-ка на этом единственном основании оставим его на исправление в исправительном центре пожизненно.“
“А настоящие регистрационные книги, доложу я вам, это впечатление; чем дальше во глубину веков, тем куздреватее договоры. Снимаешь с полки толстенный том, величиной с полменя, толстые страницы, пыль столетий, с бережной пометкой библиотекаря, и читаешь, как Том получил землю от Дикa, который, в свою очередь, скупил ее утрех потомков Гарри, и все это через земельные трасты, взаимопередачи, земля делится на более мелкие участки и вновь соединяется, какие-то залоги, продажи за неуплату налогов городу и обратно, и все это каллиграфическим почерком, с завитушечками, и многократным упоминанием благодати господней… Сидим, берем след, как кокер-спаниэль Тoби в луже купороса, ксерим нужное, в апку складываем, папка растет, ксерокс жрет квотеры как шеф мои леденцы, четыре десять, регистрация закрывается в полпятого, вокруг недовольные тетки ходят, а мы уже до двенадцатой от начала времен книги добрались, так и ждешь чего-нибудь типа “Джону Хенксу, фермеру, двадцать акров земли передал Шушпан Большой Змей за три связки бус и флягу огненной воды”…”
“В нашей правовой системе отраслевая специализация потихонечку начинает подбиратся к уровню, который описан в анекдоте про двух сестер и клизму. В частности, в системе уголовных судов возникли Drug courts - суды, посвященные преступлениям, связанным с наркотиками.
…
Судья в таком месте не работает с другими преступлениями, и заседание больше всего похоже на support group, какие организуют для анонимных алкоголиков. Судебный зал, и человек в черной мантии, на судейской высокой трибуне, с тремя высшими образованиями и опытом федерального суда за плечами, произносит голосом массовика-затейника:
“Выыызываем Джека Джексона! Слушайте все! Джек уже две недели не принимал кокаина, он сдает анализы каждый день, и у него чистые все системы! У меня для вас еще одна хорошая новость - Джек нашел работу на бензоколонке, и теперь может потихоньку выплачивать все, что задолжал в департамент условного содержания. Джек большой молодец, он хорошо справляется, поэтому, кроме еженедельной золотой звездочки в дело, получает приз за хорошее соблюдение правил условного освобождения - два билета в кино на фильм “Х-мен” - для него, и его девушки Сьюзен, которая тоже освободилась три месяца назад, и с тех пор мы ее не видели, значит у нее все хорошо!” Зал взрывается приветственными криками. Джек Джексон, мужик лет тридцати, стоит, пыжится, изо всех сил прикусывая довольную ухмылку, и если бы он не был черен как головешка, то был бы красен от удовольствия как тот лобстер.”
…и веселые картинки.
