“Постановление Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. “По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 779 и пункта 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью “Агентство корпоративной безопасности” и гражданина В.В. Макеева”

Конституционный суд рассмотрел законность договоров о юридических услугах, в которых оплата зависит от исхода дела или размеров отсуженного (т.е., вида “в случае удовлетворения иска представитель получает бочку варенья и корзину печенья”). И признал такую практику неконституционной. Кажется, не в первый раз, но вот официально это было кем-то еще признано, или просто точка зрения — я не помню.
Придется неофициально договариваться теперь.

Представитель “отдела “К” объясняет, как проходят проверки лицензионности программ:

“2) ) Должны ли проверяющие предоставить какие-либо документы, или они могут просто построить всех, отогнать от компов без разговоров?
«Правильные» юристы, конечно скажут, что должны и будут ссылаться на законы. На самом деле все делается проще.
Учитывая милицейскую лень, и наличие более легких способов «нарубить палок» по 146УК, придут к Вам не просто так, кофе попить, а возможно по чьей-то просьбе. Первым звонком будет появление типа почти случайно, сотрудника «К», который под роспись вручит руководителю фирмы официальное предупреждение о противоправности использования нелицензионного ПО, там же будет указан срок на устранение нарушений. При этом он скорее всего даже не посмотрит Ваши компьютеры. Подпись на предупреждении послужит в суде доказательством умысла (см.диспозицию 146УК). Проверка будет проходить рутинно и вежливо. Пришли, посмотрели, опечатали, забрали (если есть левый софт). Для сильно умных покажут вышеуказанное предупреждение. И не надо качать права. Всяких быковатых охранников сильно успокаивает разъяснение, что неподчинение это административка, а сопротивление это уголовка.”

Скурил сегодня закон “О персональных данных” и заметил вот какое внутреннее противоречие.
Читаем определение “персональных данных”:

“персональные данные - любая информация, относящаяся к определенному (1) или определяемому (2) на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных), в том числе (3) его фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, другая информация”.

То есть, “данные” это во-первых, информация, уже позволившая (1) или только позволяющая (2) идентифицировать конкретное лицо, причем к ним причислен каждый из ее элементов (3). Но элемент в отдельности не позволяет нам его обладателя идентифицировать. Т.е., закон объявляет “персональными данными” во-первых, совокупность сведений, позволяющих определить (1, 2) кого-то, и одновременно — каждый из элементов этих сведений (3), пользуясь которым в отдельности определить кого-то нельзя (т.е., только имени или только фамилии для этих целей недостаточно).
Перечень “данных” — не исчерпывающий, поэтому под их определение может попасть вообще любая информация, относящаяся к конкретному лицу и включенная в совокупность. Например, фамилия плюс марка сотового телефона. И марка в результате тоже окажется “персональными данными”.

Или это меня клинит к концу рабочего дня?