Дочитал таки “дело о сепычевских виндах”. Большая его часть — просто балласт, а некоторые документы приобщены в двух экземплярах. Там прокуратура с какой-то радости возбудила два дела, за винды и за офис, и начальные материалы проверки вошли в оба. Потом дела соединили — и в итоге две копии. Короче, полезного объема там — листов от силы пятьдесят.
Включая экспертизу на десятке листов. При этом основное содержание “экспертизы” составляет распечатка скриншотов файлов реестра, обнаруженных на дисках, плюс самих запущенных приложений. Естественно, перед экспертом поставлены вопросы о том, “контрафактные ли программы”, “кто является правообладателем” и “какой ущерб причинен” — без этого никуда нам. На вопрос о том, “имеются ли признаки контрафактности” эксперт радостно отвечает: “программы являются контрафактными”. Нормально.
Естественно, сотрудники управления образования, у которых на балансе стоят компы, не допрашивались вообще. Основное “доказательство” — отсутствие бумажек. Вопрос о дате установки не ставился и не исследовался вообще, хотя не то в деле не то в каких-то сопутствующих документах фигурируют данные о том, что на дату установки компьютеры были еще у поставщика. Зато в постановление об экспертизе следователь впиндюрил вопрос о том, имеются ли на дисках кряки или генераторы ключей — чтобы “вредоносные программы” вменить, незаконно, разумеется.
В общем, типичное дело. Таких сейчас в производстве и судах — как говна за баней. С такими же нарушениями и такой же (то есть, никакой) “доказательственной базой”. Если бы на таком уровне доказывали убийство — оправдательный был бы, а пиратство — можно. По слухам, есть неофициальные указания рассматривать дела по 146 статье с обвинительным уклоном, и глядя на то, как такое фуфло через суд проходит — верится без труда.

Из фидо письмо. Правдивость — на совести автора.

“В pоссийском поpтy Темpюк, что на Азовском моpе одно ООО занималось сбоpом фекальных вод с пpишедших в поpт сyдов. Что оно далее с ними делало - неизвестно.
Данный факт скоpо стал объектом пpистального внимания местных таможенников. Они потpебовали от пpедпpинимателей pастаможить данный гpyз, котоpый на момент пpовеpки весил около 20 тонн.
Ошеломленные пpедпpиниматели кpепко задyмались и в конце концов поместили свой товаp под таможенный pежим: “Отказ в пользy госyдаpства”. Тепеpь настала очеpедь чесать затылок таможенникам.”

Опять с форума:

“Об отсутствии доказательств умысла даже не задумываются, надеются на позицию суда, причем не безосновательно.,В приговорах, если нет реальных доказательств, умыслу часто посвящают одну строчку «будучи осведомленным о неправомерности использования…», «предвидя возможность причинения ущерба…», «подсудимый понимал…как специалист с высшим образованием», «что подтверждается словами обвиняемого сказанными свидетелю..» и т.д. У нас был случай, когда эксперт ЭКЦ, в суде договорился до признания неспособности уверенно отличить лицензионный диск от контрафактного. Судья технично отказал в ходатайстве о переназначении экспертизы. Не стал исследовать некоторые доказательства обвинения, которые могли не устоять. Это было отражено в приговоре. И тем не менее областной суд оставил приговор в силе. Корпоративная солидарность судей - великая сила.
Вопрос о разбивании в суде доказательств ИСПОЛЬЗОВАНИЯ нелицензионного ПО, я даже не буду рассматривать. Вопрос к эксперту будет – «использовалось ли данное ПО, и насколько часто»? Ответ эксперта – «Использовалось. Часто». Плюс к этому завалят судью справками от правообладателей ПО с нереально большими суммами ущерба. Все приплыли!”