Что-то непонятно мне с экспертизой по делу: кто-то пишет, что в суде эксперт затруднился назвать дату установки программ, кто-то пишет про “апрель 2006 года”. Последнее верно только частично: большинство программ были установлены в ноябре 2004 года, в 2006 — только “офисы 2003″.
Еще “Коммерсант” цитирует в конце заметки слова “представителя прокуратуры”, который грозит Поносову карами за то, что кто-то увел один из “контрафактных” жестких дисков из школы, которые были переданы якобы “на хранение”.
Порядок обращения с вещдоками регламентируется статьями 81 и 82 УПК. По общему правилу они должны храниться при деле до вступления в силу приговора. Выданы владельцу они могут быть только в строго определенных ситуациях, которые предусмотрены статьей 82 (громоздкие, скоропортящиеся, и т.п.)
В таком случае следователь должен вынести специальное постановление о возвращении вещдоков (бланк — в приложении 145 к УПК). В данном случае этого сделано не было. Не предупрежден Поносов и об ответственности, которой он подлежит, если что. Так что сомнительно, чтобы можно было его привлечь за этот диск. Кстати, изъяты были не диски, а системные блоки целиком, по крайней мере, по бумагам — так. Вдобавок, статья 82 УПК ничего не говорит про “хранение”, она предусматривает только “возврат владельцу”, при этом ничего об обязательстве владельца не допускать пропажи там нет. Тем не менее, следователь и в обвинительное зафигачил про “хранение”.

“Прелести борьбы с наркобизнесом” — это про то, во что на самом деле превращается “борьба с наркоманией”. Правда, с неточностями, но не в том, что касается оперативной работы.