Все постят ссылко на интервью со Шварцманом — и я запощу:

“– А о каких еще политических связях идет речь?
– У нас есть политическая организация, которая называется “Союз социальной справедливости России”, я в ней всегда отвечал за экономику и финансы и финансировал организацию. Эта структура была создана в 2004 году, после того как президент Путин сказал, что большой бизнес должен иметь социальную ответственность перед государством. Тогда наши коллеги из ФСБ решили, что должна возникнуть организация, которая будет Ходорковских всяких наклонять, нагибать, мучить, выводить на социальную активность…
– Такой “коллективный вымогатель”?
– Да. В попечителях там все силовые министерства: и Минобороны, и МЧС, и МВД, разумеется. Но исполнители и директора менялись, потому что были конфликты, междоусобицы. Например, кто-то прижал крупного бизнесмена, он звонит — все говорят: “Стоп-стоп-стоп, подожди”. Стало понятно, что не работает инструмент, потому что у каждого олигарха есть свои отношения с теми же самыми силовыми структурами. Поэтому концепция немного изменилась, никто не захотел ссориться, нам предложили найти ей новое применение.

…

– То есть речь идет о том, что вы получили нечто вроде мандата на рейдерство с использованием силового фактора?
– Это не рейдерство. Мы не забираем предприятия, мы минимизируем рыночную стоимость разными инструментами. Как правило, это добровольно-принудительные инструменты. Есть рыночная стоимость, есть механика блокировки ее роста, конечно же, всякими административными вещами. Но, как правило, люди же понимают, откуда мы приходим… Хотя, как правило, это конфликты тлеющие, уже находящиеся в центре внимания существующих ФПГ. Тогда приходится договариваться нашим старшим товарищам и приходить к какому-то консенсусу. Как правило, это нижняя планка рыночной стоимости. Но это не отбор ЮКОСа — вполне нормальные деньги люди получают.

…

– А как вам государство помогает решать эти задачи?
– У нас есть невостребованные ресурсы, например совет ветеранов МВД, бывшие сотрудники ОБЭП, РУБОП. Шестьсот тысяч по всей стране! Они ведут пристальную аналитическую работу — какие предприятия, в каком регионе, в какой стадии корпоративных отношений находятся. Где есть возможность через гринмейл или через взаимодействие с миноритариями вытеснить нелояльных власти собственников и так далее.
Вместе с ними мы сейчас строим, кстати говоря, коллекторскую структуру, которая, по нашим планам, должна занять не менее 30-40% рынка во всех регионах страны. Она будет заниматься профилактикой финансовых правонарушений, то есть проблемой невозврата кредитов. Такой “хард-коллекшн” (hard collection.– Ъ). Когда понятно, что человек не возвращает кредит, что нужно выезжать, будут выезжать не люди с дубинами, а бывшие сотрудники МВД с большим опытом следственных мероприятий и общения, которые будут помогать.
Программа создания этого самого мощного в стране коллекторского агентства уже одобрена главой совета ветеранов МВД генерал-полковником в отставке Иваном Шиловым. Наша задача в рамках этого проекта — не допустить перетекания бывших сотрудников МВД в криминальные структуры, содействовать их трудоустройству.
– А кто вам задачу ставил?
– Партия! (Смеется.) Партию для нас олицетворяет силовой блок, который возглавляет Игорь Иванович Сечин. Это же реальная проблема: шестьсот тысяч человек, которые ни х… не делают и ищут, где бы денег заработать. Это очень большая угроза. Угроза безопасности, стабильности общества. А так они будут пристроены.”

Я как-то, находясь в охуении, просто не знаю, как это прокомментировать. Но в обсуждении у аффтара один из участников предположил, что это, мол “вброс” за два дня до выборов. Очень похоже.

Савва Терентьев выложил восемь мегабайт сканов своего дела о возбуждении “социальной ненависти” к “неверным ментам”. Правда, там только те документы, которые были в деле к сентябрю, когда ему предъявляли обвинение. Потом вроде бы собрались дело загонять в суд, но передумали и решили назначить еще одну экспертизу, которую эксперты Кунсткамеры отказались проводить.

Правда, тамошние следователи как-то по-китайски формируют дело: у нас был принят хронологический порядок, так понятнее, как шло следствие, какой документ за каким составлялся, и т.д. А здесь — хрен поймешь: поручения в милицию, например, собраны все в одном месте.

Понравилось приложение к договору НТВ на подготовку сюжета “Чрезвычайного происшествия”: вознаграждение исполнителю там указано в сумме 2415 рублей (прожиточный минимум для пенсионеров), и “суммы издержек Исполнителя” в 24 тысячи.

Еще к делу приобщен ответ на обращение главы города Инты, с изъятия компьютеров в его официальной городской газете все и началось. Там говорится о том, что “доказательства легальности” для некоторых компьютеров все-таки были предоставлены. А с тех, для которых не были — менты поснимали винчестеры. Ибо санкция статьи 7.12 КоАП предусматривает обязательную конфискацию контрафактных экземпляров программ. Так что имейте в виду: одна пераццкая программа влечет за собой потерю винчестера. По закону типа.

Еще маленькая прокурорская хитрость — на листах 99-110 дела. Там содержатся данные о том, что следствие приостанавливалось и Терентьев объявлялся в розыск. Это произошло 14 июля, а 2 августа он вернулся из Питера, и его задержали. Но дело в том, что подписка о невыезде, которую с Саввы брали, без предъявления обвинения действует только десять дней, т.е., на тот момент, когда его объявляли в розыск, она истекла. Я еще тогда, помнится, предположил, что произошло — и, как оказалось, угадал.

А произошло следующее: дело возбуждено 14 марта, 14 июля по нему был четырехмесячный срок. Чтобы его не продлять в общем порядке, прокуратура делает следующее: как бы не находит подозреваемого, объявляет его в розыск, приостанавливает следствие, потом как бы его находит, возобновляет — и получает по УПК лишний месяц следствия. А то, если продлять так, то вышестоящие прокуроры или по шапке дадут, или ценных указаний каких-нибудь, которые выполнять потом надо будет. Но это все равно не помогло: окончание срока следствия — 2 декабря. От 2 августа — 4 месяца, итого 8, минус один дополнительный — семь. То есть, в областной прокуратуре сверх 6 месяцев его продлять все-таки пришлось.

В общем, 2 декабря все выяснится. Я, кстати, думаю, что дело могут и прекратить, но это вряд ли: если предъявили обвинение, то постараются загнать в суд, ибо в противном случае будет “привлечение невиновного к ответственности”, за которое по головке не погладят.

Итак, 2 декабря, когда вся страна будет выбирать, прокуратура Сыктывкара будет трудиццо. Они, впрочем, и так будут трудиццо: уже несколько лет во время проведения выборов прокуратуры вводят круглосуточное дежурство. Натурально круглосуточное: днем и ночью. Я, когда эта байда только начиналась, предложил было позаимствовать у прокурора телефон с двумя радиотрубками, подключить его на два дня к прокурорскому, раздать “дежурящим” трубки и отправить по домам. Чтобы они и днем и ночью могли ответить “из прокуратуры”, если позвонят проверить. Но мою хитрость не оценили, сказали: “Дежурь!”. Спасала только служебная видеодвойка, на которой я всю ночь смотрел кино. А вот еще один товарищ принес из дома раскладушку, поставил в кабинете и спал себе спокойно всю ночь.