Пиратское обращение Путина к народу. Я так понял, записали прямую трансляцию где-то ближе к Владивостоку, и выложили. Молодцы. Хоть у меня лимит трафика и исчерпан — все равно скачаю.

С Новым годом, кстати.

Сейчас изучал вопрос о том, законны ли в России лицензии типа GPL, Creative Commons и иже. И, как ни странно, пришел к выводу, что законны.

Я тут снова посмотрел, чего про ГК пишут. Собственно, мне просто интересно, что в нем народу непонятно. И пока я смотрел, подумал вот о чем. Известно, что рядовой состав нашей доблестной милиции законов не читает, предпочитая газеты. Достаточно вспомнить историю с “запретом питья пива в общественных местах”. Еще два года назад я предсказывал, как оно будет, и вот, напророчил…

Ну а теперь прикиньте: придет такой мент Вася после каникул “проверять компьютеры” — а перед этим ему месяц, наверно, жужжали, что “новый закон запрещает скачивать из Интернета”… И опаньки: комп “на экспертизу” он теперь сможет унести не только за “контрафакт”, но и за mp3 на винте…

Хотя так будет, скорее всего, если это наезд, и задача мента Васи — унести компьютеры по-любому. А если более-менее добросовестно проверяют, то ограничатся виндой и “1С”.

В общем, я думаю, стоит помнить, кто будет после Нового года главным толкователем законодательства об интеллектуальной собственности. Ну, вы поняли, кто…

Еще два веблога про 4 часть ГК. Первый — http://part4.ru/update/. Содержит несколько примеров из зарубежной практики, с параллелями из ГК.

Второй — лжеюзер “bablaw“. Но его посты, в отличии от здешних, раздолбайски-популяризаторских, рассчитаны, скорее, на юристов. Автор блога — Анатолий Вячеславович Семенов, научный представитель Гильдии по развитию аудио-видео торговли, член Экспертного совета по правовому регулированию и защите интеллектуальной собственности Комитета Государственной Думы Российской Федерации по экономической политике, предпринимательству и туризму. Если я правильно нагуглил.

Плюс — небольшое обсуждение ГК, состоявшееся еще во времена оны.

“Дело Билана в трех судах” – Билану, который очень хотел расторгнуть свой контракт с “Союзконцертом”, отказали в иске. Надеюсь, решение станет достоянием общественности, и тогда-то мы посмотрим чего там наворотили.

Понравилась цитата из союзконцертовского адвоката:

“Сценическое имя “Дима Билан” было придумано Юрием Айзеншписом и принадлежит ему, - заявил журналистам представляющий интересы “Союзконцерта” в суде адвокат Владимир Энтин. - Это такой же бренд, как шоколад “Аленка”, который может использовать только его создатель - фабрика “Красный Октябрь”. Защитник также добавил, что право на творческий псевдоним охраняется законом “Об авторском праве и смежных правах”. “Певец должен заключить лицензионное соглашение с правообладателем - “Союзконцертом”, или придумать себе другой псевдоним, наконец, использовать свое настоящее имя”, - считает Владимир Энтин.”

Вот про “Аленку” — это зря он упомянул. Неизбежен вопрос: а “Красный Октябрь” тоже, что ли, может запретить девочек Аленами называть? Или вот, скажем, есть такое имя “Мерседес”, испанское, кажется. Если я правильно помню, создатель одноименной машины назвал ее в честь дочери.

На самом деле, как было уже правильно замечено, право на псевдоним является частью права на имя, которое, в соответствии с доживающим последние дни ЗоАПом — личное неимущественное, и принадлежит тому, кто под ним выступает, а не тому, кто придумал. А аблакат смешивает его с правом на товарный знак.

И, кстати, о товарных знаках — их зарегистрировано два, №337437, вот такой:

…и №следующий, вот такой:

Как легко можно заметить, это картинки. То есть, товарными знаками являются не слова “Дима Билан”, а конкретно вот такие изображения.

Кстати, примерно так же было с товарным знаком “Юрий Гагарин”: все три знака, о которых упоминается по ссылке — графические (”изобразительные” по науке).

Такая вот интеллектуальная собственность…

“Пользователи сети Интернет рискуют попасть под статью“

“Пользователи Интернет, скачавшие картину в Сети, могут попасть под статью. Впервые в российском интернете предпринята попытка контроля за распространением нелегальных копий фильмов, вышедших в российский прокат. Пользователи файло-обменных сетей, участвующие в получении и распространении контрафактных копий фильма “Ирония судьбы. Продолжение”, могут понести наказание в связи с инициированием правообладателем уголовного преследования по статье 146 УК РФ.”

Вообще-то, не впервые. Первым на моей памяти был, вроде бы, товарищ Михалков: насчет того, чтобы запретить пиратить “Утомленных солнцем” и “Сибирского цирульнега”, он договаривался лично с Путиным, тогда руководящим ФСБ. Потом гонения еще были за мульт “Незнайка на Луне”: рассылались ориентировки на пиратские копии, чем-то там отличающиеся от лицензионных (кажется, лицензионка была на двух кассетах).

По этому поводу — история. Местный опер “упал, намоченный” решил оную ориентировку “отработать”. Пришел на рынок и стал домогаться до продавца, есть ли у него “Незнайка”. Не, ну надо ж додуматься: в городе с двадцатью тысячами населения, где все друг друга знают, прийти лично на контрольную закупку! Естественно, к тому моменту на рынке знали не только друг друга, но и то, какие кассеты продавать не рекомендуется. Но продавец на прямо поставленный вопрос дал не менее прямой ответ: “Есть!”

Опер стал шарить по прилавку и ничего не нашел. Тогда начались домогательства на тему “А где?” Продавец немного поморочил еще голову, и потом честно ответил: “Дома!” Сорвав, таким образом, оперативно-розыскное мероприятие…

«У нас мощная антипиратская программа. Если я расскажу суть этой программы, то я, к сожалению, окажу помощь пиратам. Могу сказать, что эту программу мы готовили несколько месяцев, работали вместе с МВД. Это неординарная программа, детали мы ее раскрывать не хотим – зачем же рассказывать план защиты для нападающих?» – заявил в начале месяца на пресс-конференции, посвященной премьере «Иронии судьбы», Константин Эрнст.”

Ну ладно, я раскрою детали, тем более что они не такие уж секретные. Юзеры отлавливаются по описанному уже мордовскому рецепту: садимся за комп, начинаем скачку чего-нибудь и смотрим, кто еще качает. Фиксируем айпи-адреса и идем к провайдеру: “установочные данные” об имени и адресе он обязан дать даже без решения суда. А потом — получаем ордер на обыск, забираем компьютеры, и т.д…

Кстати, есть спорный вопрос насчет того, чем вообще является пользование торрент-клиентами. Известно, что скачивать для личных целей разрешено, а вот распространять — нет. Но так как клиент одновременно и раздает, то ситуация неоднозначная: скачка это, или распространение? Возможно три ответа на этот вопрос:

1. Раздача файла частями носит чисто технический характер и служит для увеличения скорости закачки, пользователем она не контролируется. Соответственно, пусть автор клиента и объясняет следствию, что он там напрограммировал, и зачем. А пользователь хочет только скачать, что дозволено ему законом.

2. После того, как пользователь скачал весь файл и не ушел с раздачи — он превращается в нарушителя авторских прав. Щадящий вариант решения вопроса. Но личеров не любят нигде, увы.

3. Участие в абстрактном “файлообмене” само по себе нарушает закон, независимо от того, весь ли файл у раздающего пользователя, сколько его процентов он фактически раздал, и какими кусками. Всех качающих можно рассматривать как организованную группу, занятую распространением файла совместно.

Угадайте, какой вариант, скорее всего, изберут наши “органы”? Боюсь, что третий. Хотя могут и второй — если задумаются о том, как доказать “группу лиц” в третьем варианте (это практически невозможно). В общем, если вас заловили, то кричите, что только скачали и ушли с раздачи. Может прокатить. Альтернатива — “признание вины и деятельное раскаяние”.

Ну, а потом, после того, как пользователя торрента заловили — следует “оценка ущерба в размере стоимости прав“, то есть ста тысячмиллионовдолларов, и возбуждение уголовного дела. Напомню, что именно “ОРТ-Видео” является рекордсменом данного блога по аппетитам при оценке ущерба: девять с лишним миллионов рублей за один “дорелизный диск”.

Вы еще хотите посмотреть этот чудный фильм? Тогда они идут к вам!

Лжеюзер “aceler” тоже решил делиться с окружающими находками в 4 части ГК, они у него под тегом “Законы“. Хорошо подмечено:

” Что касается статьи 1235 п. 5 IV ГК.
По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.
При отсутствии в возмездном лицензионном договоре условия о размере вознаграждения или порядке его определения договор считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, не применяются.
А ведь в Microsoft EULA тоже не определена цена и порядок ее определения. Если с первого января ее не приведут в соответствие с новым российским законодательством, единственной законной лицензией может оказаться… GPL, 4-й пункт которой порядок определения цены определяет.”

Я, правда, не читал мелкомягкую еулу, так что поверю на слово.

Недавно обсуждалась новость про египтян, которые собираются зачем-то запретить копировать своих сфинксов. Я так понял, всякие безденежные племена Мумбо-Юмбо иногда пытаются заставить “мировое сообщество” башлять за свои народные промыслы и национальные пляски. Но тут, в принципе, еще щадящий вариант: они хотят запретить изготовление точных копий. Этот запрет — что-то вроде отечественного права на “публикацию музейных предметов и музейных ценностей” из статьи 36 закона “О музейном фонде…”:

“Статья 36. Публикация музейных предметов и музейных коллекций

Право первой публикации музейных предметов и музейных коллекций, включенных в состав Музейного фонда Российской Федерации и находящихся в музеях в Российской Федерации, принадлежит музею, за которым закреплены данные музейные предметы и музейные коллекции.

Передача прав на использование в коммерческих целях воспроизведений музейных предметов и музейных коллекций, включенных в состав Музейного фонда Российской Федерации и находящихся в музеях в Российской Федерации, осуществляется музеями в порядке, установленном собственником музейных предметов и музейных коллекций.

Производство изобразительной, печатной, сувенирной и другой тиражированной продукции и товаров народного потребления с использованием изображений музейных предметов и музейных коллекций, зданий музеев, объектов, расположенных на территориях музеев, а также с использованием их названий и символики осуществляется с разрешения дирекций музеев.”

Ну вот, нечто подобное предлагают нам египетские товарищи. Видимо выполнение копий требует детального изучения оригинала — тут-то они и наложат руки на кошелек изучающих. Правда, представитель египетского Совета по древностям, комментирующий нововведение, сказал, что закон будет действовать во всем мире — очень любопытно, как он собирается это обеспечить. Я бы порекомендовал ему для тренировки попробовать поднять Сфинкса и посмотреть, не развяжется ли пупок. Хотя с помощью международных договоров такое, в принципе, можно обеспечить.

Так вот, сегодня прочел в “The Register” статтю “How to copyright Michelangelo”. Повествует она о способе “закопирайчивания” произведений, копирайт на которые давно истек. Например, там помещено два варианта фрески Микеланджело “Рождение Адама”, одно из них представляет собой “общественное достояние”, а авторские права на вторую принадлежат Музею Ватикана.

Все очень просто: первый вариант — до реставрации, второй — после. Реставрацию оплатила японская компания NHK, в обмен на право видеосъемки и публикации изображений фрески. Примерно так же действует основанная Биллогейцем компания Corbis.

И примерно так же смогут делать наши “правообладатели” с 1 января: в ГК (ст. 1337 — 1344) предусмотрена новая сущность, “публикатор”. И ейные права, основным из которых является исключитальное право на обнародованное им произведение. Он может его использовать “способами, предусмотренными подпунктами 1-8 и 11 пункта 2 статьи 1270″ ГК (ну, это все мыслимые за исключением права на перевод и практическую реализацию архитектурного проекта).

Естественно, права такие распространяются не на все опубликованное, а только на “обнародованное”. Под обнародованием же понимается самое первое опубликование. Ну, в общем, как было с фреской: реставрируем, считаем новым произведением, “впервые” публикуем и получаем права публикатора. (см. апдейт) Кстати, степень вмешательства реставратора после которой произведение считается “новым”, определяться, разумеется, будет субъективно, на глаз… А можно и не реставрировать, а найти в запасниках произведение, которое не публиковалось. Купить у музейщиков “право первой публикации” и вперед (кстати, процитированная статья “музейного” закона, как вы видите, имеет много общего с “правом публикатора”, только теперь оно шире по содержанию и музейщики могут им торговать, как и остальными авторскими правами).

Отакот. В общем, даешь копирайт на Репина с Васнецовым! А то поумирали тут, понимаешь, не вовремя…

Update: Я, кажется, к вечеру стал глючить, пропустил вот этот абзац в статте про Микеланджело:

The Vatican could only license the copyrights of a public domain work due to an old quirk of copyright law. The original artwork may be in the public domain, but a photograph of that artwork may be copyrighted as a new unique work. The photograph taken today becomes a new copyrighted work with new intellectual property rights. Museums often charge for photographs of works in their collection, and publication royalties provide a modest income stream to fund conservation.

Т.е., копирайтом охраняется не само отреставрированное произведение, а его фотография. Но в принципе, ситуация поменяется не сильно: обладатель авторских прав на фотографию произведения должен просто сделать так, чтобы она стала единственным его изображением. Для этого просто заключается договор с музеем, который пользуясь правом, предоставленным ему 36 статьей, запрещает остальным использовать в коммерческих целях “воспроизведение произведения” (хотя фотографировать его все-таки можно, но тут примерно то же, что и с изображением человека по ст. 151.2 ГК: право на съемку не ограничено). И все вынуждены идти на поклон к автору единственной фотографии.
Правда, тут возникнет вопрос о том, является ли обычная фиксация произведения фотоаппаратом творческим трудом и порождает ли авторские права. Тут спорить можно долго, и поэтому более реальным вариантом “закопирайчивания” “общественного достояния” является тот, который я придумал, прочитав статтю по диагонали, с использованием именно прав “публикатора”. Кодексу не противоречит.

Почитал, что пишут про четвертую часть ГК. Прикольно пишут: что с боем курантов все торренты превратятся в крыс, компьютеры “пиратов” — в тыквы, а с небес спустится троица “Лавринова-Соколов-Нуралиев”, и будет лупить молнией в темечко всех, кто хоть раз что-то скачал. Меня должно пронзить аж до пяток, наверно — только фильмов на винте больше сотни.

Мало что можно нормального почитать среди этого. Среди развалов найден ЖЖ Сергея Говядинова (если я правильно нагуглил, руководителя юридической службы Intel), посвященный, судя по заголовку, именно этой злосчастной части. Плюс еще один небольшой разбор. И это — после семи страниц результатов. Негусто, прямо скажем.

А вот кого действительно ждет апокалипсис — так это “общества по коллективному управлению авторскими правами”, как об этом нам справедливо пишут в статье с очень хорошим заголовком “Новые требования к защите авторских прав могут привести к переделу рынка борьбы с контрафактом“. Какая прелесть: “рынок борьбы”.

И конкуренция на нем имеется. Особенно в Петербурге, где весь год, по-моему, шли разборки между “ОКО” и “Ассоциацией управления авторскими и смежными правами”. “ОКО” боролось с пиратством, а Ассоциация выдавала “марки”, подтверждающие легальность продукции, которые клеились на диски. Я так понял, выдавала она их кому попало, что и служило основной причиной претензий.

С 1 января такие “коллективные управляющие” могут представлять только своих членов, за исключением специального, аккредитованного “управляющего”, который будет свой для каждого вида прав. Короче, Ассоциация, похоже, преставится, а “ОКО”, судя по всему, попытается преобразоваться в “управляющего” вместо того “не-пришей-к-пизде-рукава”, которым оно сейчас является.

Да, настоящимЪ постомЪ открываю специальную категорию — “ГК-4″, как раз для четвертой части.

Уже несколько лет подряд наблюдаю за одной и той же ситуацией. Народные избранники со своей традицией делать нормативные акты вступающими в силу с 1 января, делают своей целевой аудитории баааальшую подляну. Скажем, то ли в прошлом, то ли в позапрошлом году благодарные избиратели, вынув бошки из тазиков с салатом, сели после новогодних каникул в авто, выехали на трассу — а там их уже ждали гаишники с новой редакцией ПДД наперевес. Еще, помнится, так же вводилось какое-то неимоварное количество важных поправок в закон “О защите прав потребителей”.

В общем, я решил посмотреть, что будет на этот раз, и полез в “Консультант” в поисках того, что вступит в силу под бой курантов. Ну, опустив четвертую часть ГК, естественно, про нее и так все знают. Ее придется изучать отдельно. Кстати, вот вам таблица с сопоставлением старых законов об “интеллектуальной собственности” и 4 части ГК. Из которой видно, что слухи о каком-то неимоверном количестве нововведений в области “интеллектуальной собственности”, мягко говоря, преувеличен. И содержатся эти нововведения вовсе не в том, о чем ходили слухи.

Да, только предупреждаю: для того, чтобы полностью уяснить, чего в нормативном акте нового, нужно класть рядом старый и новый вариант, и сравнивать. Я так не делал, так что, не исключено, пропустил что-то важное. Особенно это касается Налогового кодекса, по которому я не специалист ни разу, а законов, вносящих в него изменения, “К+” выдает штук пять или шесть. Вдобавок, ни в “Гаранте”, ни в “К+” нет возможности искать именно по дате вступления в силу — прошлось тупо искать в тексте “1 января 2008″, может, и из-за этого пропустил чего. Ну и, вдобавок, большинство текстов я проглядел по диагонали.

В общем, не пинайте сильно. По ссылкам — архивы с текстами в формате “rtf”.