Особенности лексикона

Статья на сайте «Регнума», явно обязанная своим появлением какому-то пресс-релизу прокуратуры: «В Марий Эл 18-летнему хакеру вменяется 170 эпизодов преступной деятельности»

Блиииин, страшно как: целых сто семьдесят эпиходов хакинга. Наверно, закоренелый преступник… И совсем еще молодой:

«Как сообщили корреспонденту ИА REGNUM в прокуратуре Йошкар-Олы, направленное в суд заключение по уголовному делу в отношении 18-летнего хакера содержит обвинения по ст. 272 УК РФ (неправомерный доступ к компьютерной информации) и ст. 165 УК РФ (причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием).»

Читай: «хищение паролей и халявный инет». Тю, как все просто, оказывается. Сложно и страшно выглядит только рассказ об этом в версии прокуратуры:

«Добытые следствием доказательства позволили вменить обвиняемому хакеру в вину более 170 эпизодов противоправной деятельности. Как было установлено следствием, обвиняемый уже был осужден за аналогичное преступление в октябре 2007 года. В период расследования нового уголовного дела он вновь неоднократно осуществил подобный доступ к чужой компьютерной информации, причиняя имущественный ущерб ее собственнику.»

«170 эпизодов» — это 170 подключений-отключений, которых за день может быть несколько. А то, что товарищ после первой судимости не унялся, говорит нам о том, что перед нами — феерический далбайоп, Госсссподи прости.

«Располагая конфиденциальной компьютерной информацией, он вносил искажения в учетно-статистические данные об объеме и стоимости предоставляемых пользователям услуг в базе данных Интернет-провайдера, что приводило к списанию со счетов законных пользователей дополнительных денежных услуг.»

А вот это — самый скользкий момент во всей истории. Обычно по «хакерским» делам как «неправомерный доступ» квалифицируют изменение биллинговой информации на сервере провайдера, которое происходит когда учитывается время интернет-соединения. Это — одна из распространенных «натяжек» при применении статьи: ведь никакого «доступа» не происходит, доступ к информации — это ее получение и возможность ее использования, как учит нас закон «Об информации…» Никакого получения информации не происходит, доступ совершается к информации, размещенной в Интернет, а что там на сервере биллинг пишет — юзер не знает и знать не может. Поэтому, на мой взгляд, здесь 272 вменена незаконно. Правда, есть еще состав в «несанкционированном доступе» к паролям, которые товарищ потырил. Но здесь явно не обошлось без «червей», а если «вредоносные программы» не вменяют, то значит, их не нашли, и то, как это происходило, не установили. Тут для поддержки штанов, действительно, надо ввешать на «хакера» все что можно.

Вот так просто все оказывается при переводе с прокурорского на человеческий. В общем, если прочитаете где-нибудь причитания кого-нибудь «официального» о засилье киберпреступности, то имейте в виду: львиная доля «киберпреступников» — вот такие вот малолетние дебилы, которым ремня по жопе надо дать, а не статью уголовную. Еще одна «львиная доля» — пользователи «кряков», которые у нас проходят по 273 статье. Есть, конечно, настоящие хакеры, но они — в абсолютном меньшинстве…

Запись опубликована в рубрике 272, 273, Интернет, Компьютеры, Криминология, Маразмы, Программы, УК, Хакеры. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

2 комментария: Особенности лексикона

Добавить комментарий

Войти с помощью: