Помнится, еще когда я впервые прочитал закон “О персональных данных”, меня удивило определение этих самых данных. Если коротко, то “персональные данные” — это любые данные, по которым можно установить личность. Фактически оно охватывает вообще все, что угодно, в зависимости от ситуации. Как выяснилось, также это определение можно и не охватывать все, что угодно. Тоже в зависимости от ситуации. Как в этом решении девятого арбитражного апелляционного суда. Истцу не понравилось, что МТС указывает его телефонный номер и номер счета на письме, ответе на его претензию. А суд подумал-подумал, да и ответил, что:

“К обезличенным персональным данным относятся данные, в отношении которых невозможно определить их принадлежность конкретному лицу, а если неизвестно, кому именно принадлежат эти данные, то редим конфиденциальности снимается.

Как видно из материалов дела, данные, указанные на конверте — номер мобильного телефона и лицевого счета ИП Васильева В.В., являются обезличенными, поскольку не несут никакой информации об адресате и понятны только истцу.”

То, что на конверте еще и адрес пишется, а также фамилия с именем, суд, видимо, не смутило.

Да, кстати: сейчас делаются попытки использовать закон о ПД для самых разных целей. Например, запретить спамерам собирать email’ы. Так вот, боюсь я, когда такие борцы придут в суд, суд сможет разродиться вот таким вот решением. Собственно, тут сам закон так дебильно написан: в определении “данных” неявно требуется принимать в расчет еще и ситуацию, в которой эти данные используются.