“Таможня на защите прав интеллектуальной собственности” — стандартное таможенное агитко про “контрафакт”, от которого удобропорядочных покупателей наступают неисчислимые беды. О том, что “контрафакт” — это не только подделки, но и оригинальный товар, ввезенный неофициально, говорится одной фразой:

“Сегодня контрафактным может быть признан даже товар, изготовленный на заводе правообладателя, но ввезенный на российскую территорию не уполномоченным на это импортером.”

…ну ладно, я понимаю: стыдно писать о том, какой хуйней занимается наша доблестная таможня.
Но есть и кое-что новое:

“В своей работе таможне приходится сталкиваться как с задержанием различных товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации с нарушением прав интеллектуальной собственности, так и с выявлении контрафакта уже во внутренней торговой сети. В последнем случае это происходит в ходе таможенных ревизий в местах, где идет продажа импортной продукция. По закону право распространения товара с зарегистрированной торговой маркой имеет исключительно компания-производитель (т.е. правообладатель) или ее официальный дистрибьютор. Продавцы же контрафакта часто не только не состоят с компанией в каких бы то ни было договорных отношениях и, соответственно, лишены прав на торговлю соответствующими товарами, но и не имеют документов, подтверждающих перемещение этих товаров через таможенную границу и, значит, их законное нахождение на территории России.”

Про “официальных дистрибьюторов” — это что-то новое. Ибо в ГК4Ч есть статья 1487, которая разрешает торговать товаром с нанесенным товарным знаком, если он был введен в гражданский оборот на территории РФ правообладателем или с его согласия. Я так понял, таможня заставляет продавцов доказывать, что такое согласие правообладатель дал. То есть, нарушает принцип презумпции невиновности, заставляя бедного продавца доказывать, что он не совершал правонарушения.
Как вы видите, призывы к “поддержке отечественного производителя” подкреплены теперь материально: весомо, грубо, зримо… Если вы торгуете товаром без разрешения на торговлю нанесенным на него товарным знаком, у вас его могут просто отобрать. И отчитаться: пресечен неисчислимый ущерб интеллектуальной собственности, ура!

Помнится, не так давно в сети была коллективная истерика по поводу “безвиновной ответственности”, установленной в проекте постановления пленумов Верховного и Высшего Арбитражного судов. Соответствующий пункт проекта выглядел так:

“23. В силу пункта 3 статьи 1250 ГК РФ отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.
С учетом этого судам надлежит иметь в виду, что пресечение нарушения производится независимо от наличия или отсутствия вины нарушителя. Отсутствие вины нарушителя не исключает применения и иных мер защиты исключительных прав, в том числе в форме взыскания с нарушителя убытков или компенсации. При этом суд, рассматривающий дело о взыскании компенсации с нарушителя в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, учитывает отсутствие его вины при определении размера компенсации (пункт 43.3 настоящего постановления).”

Однако, в следующем варианте проекта, который недавно был рассмотрен ВС/ВАС он выглядит уже вот так:

“23. В силу пункта 3 статьи 1250 ГК РФ отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.
Судам надлежит иметь в виду, что указанное правило подлежит применению к способам защиты соответствующих прав, не относящимся к мерам ответственности. Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к статье 401 Кодекса.”

Статья 401 ГК, в свою очередь, устанавливает, что ответственность возможна только при наличии вины, и т.д.
С чем я, собственно, всех и поздравляю.

Очередной приговор от НП ППП:

“Щеголев А.В., 20.12.1977 года рождения, являясь физическим лицом. Не наделенным законом или соответствующим договором правом на использование, распространение, адаптацию и модификацию программного продукта ЗАО «1С» г. Москва: «1С: Предприятие. 7.7. Версия для SQL. Релиз 7.70.023», имея корыстный умысел на получение незаконного вознаграждения за незаконные действия, вопреки воле правообладателя и в нарушение: ч. 1 ст. 44 Конституции РФ, где сказано, что каждому гарантируется свобода творчества, .интеллектуальная собственность охраняется законом; ст.ст. 7, 15, 16 Закона РФ « Об авторском праве и смежных правах», где сказано, что охрана программ для ЭВМ распространяется на все виды программ для ЭВМ ( в том числе на операционные системы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объективный код; автору в отношении его произведения принадлежат личные неимущественные права; право признаваться автором произведения, право использовать или разрешать использовать произведение, право его обнародовать, право на защиту произведения от всякого искажения или иного посягательства; исключительные права автора на использование произведения означают право осуществлять и разрешать: воспроизводить произведение, распространять экземпляры произведения при условии, что такое использование не наносит неоправданного ущерба нормальному использованию произведения и не ущемляет необоснованным образом законные интересы автора; Статьей 10 ФЗ от 23.09.1993 г. № 3523-1 «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и без данных», в соответствии с которой исключительное право на распространение и модификацию программ для ЭВМ закреплено за правообладателем, умышленно, из корыстных побуждений, приобрел с целью сбыта, в неустановленном следствием время и месте, а затем хранил при себе с целью сбыта и извлечения прибыли, путем распространения, до момента изъятия 13.08.2008 г. около 15:10 часов в офисе 328 дома 75 по ул. Ленина в г. Хабаровске контрафактный экземпляр программного продукта -«1С:Предприятие 7.7 Версия для SQL. Релиз 7.70.023», правообладателем которого является ЗАО «1 С» г. Москва.”

Порадовала конструкция “корыстный умысел на получение незаконного вознаграждения”. К этой риторике не хватает только “пока сверкающий меч правосудия не сверкнул над ним красным лучом”.
А еще порадовало отсутствие в приговоре упоминаний о Гражданском кодексе: он вынесен на основании законов, которые на момент совершения преступления были давно отменены. Блин, я думал, только менты, борясь за копирайт, законов не знают ни хрена: нет, в Хабаровске и судьи такие же…
Анна Владимировна, прячьте скорей под замок, не позорьтесь!
Upd: молодцы, спрятали.

Пришло наземной почтой бумажное писмо, ответ на обращение, отправленное через сайт Президента. За подписью Ларисы Игоревны Брычевой, помощницы Президента. Насколько я помню, это под ее руководством как раз и были разработаны поправки, про которые идет речь в обращении.
Умиляет лист синей цветной бумаги, вложенный в конверт — это чтобы, значит, никакой злодей не смог просветить конверт и нарушить тайну моей с Дмитрием Анатольевичем переписки. Но, собственно, тайны-то никакой и нет: там написано, что “замечания будут учтены”, за вами выехали, и т.п.

Сегодня в топе “Яндекса” — вот этот дивный пост, с цитатами из смоленского избиркома:

“Маслаковым С.В. в ходе предвыборной агитационной деятельности было допущено нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в связи с распространением агитационных – печатных материалов, изготовленных с использованием макетов, выполненных ООО «РКГ Парадигма» с помощью экземпляров программного обеспечения, обладающего признаками несоответствия требованиям защиты авторских прав и не имеющих соответствующей лицензионной поддержки.
…
Согласно заключению эксперта и справки об исследовании на жестком диске представленного на экспертизу системного блока обнаружены графические и текстовые файлы, содержащие информацию о предвыборной агитации Маслакова С.В., установленные на жестком диске представленного на экспертизу системного блока, программные продукты предположительно являющиеся нелицензионными, могли использоваться для создания и просмотра файлов с информацией о предвыборной агитации Маслакова С.В. (л.д.50-52, 50-54)»…
…
При заключении договоров на изготовление печатной продукции Маслаков С.В. должен был предусмотреть условие договора об использовании лицензионных программ и в рамках договорных обстоятельств с ООО «РКГ Парадигма» убедиться в том, соответствует ли используемое программное обеспечение условиям договора и требованиям закона
…
Ссылка представителей Маслакова С.В. на обязанность ООО «РКГ Парадигма» выполнить работу с лицензионным программным обеспечением судом не может быть принята во внимание, так как действия организации по использованию контрафактных экземпляров программного обеспечения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав.
В этой связи требование Разуваева В.А. об отмене регистрации кандидата на должность Главы города Смоленска по основаниям, предусмотренным подпунктом «д» пункта 7 статьи 76 Федерального закона N 67-ФЗ, подлежит удовлетворению.”

Собственно, этот маразм в исполнении смоленских избирунов вполне вписывается в тенденцию расширения понятия “контрафактности”. Раньше, в старом законе об авторском праве контрафактными назывались экземпляры произведений, изготовление и распространение которых влечет за собой нарушение авторских или смежных прав. В ГК4Ч определение расширили, и теперь определение выглядит так:

“В случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными …”

Но в законе нет такого понятия как “использование материальных носителей”, там только “использование произведения”. Такая формулировка прямо-таки подталкивает правоприменителей к тому, чтобы эти два “использования” смешать. Или просто толковать “использование носителя” предельно широко. Пример: с лицензионного диска мы незаконно передаем в эфир фонограмму: носитель (ака диск) используется? Еще как. Если следовать букве закона, то диск после такой передачи в эфир становится контрафактным. Ну, а в смоленске просто уловили тенденцию и творчески ее переосмыслили. Контрафактный экземпляр произведения, по логике избирунов, превращает в “пиратку” все произведения, при создании которых используется.

Мои любимые защитнеги копирайта скорбят:

“10 февраля в Арбитражном суде Новосибирской области был рассмотрен иск правообладателя (Сибмедиацентр) к ГПНТБ (государственная публичная научно-техническая библиотека) и индивидуальному предпринимателю П. и второй аналогичный иск к областной библиотеке о взыскании компенсации за бездоговорное использование объекта авторских прав.
Использование объекта авторских прав, фотоколлажа — иллюстрации к роману «Мастер и Маргарита» фотохудожника Светланы Бакушиной, выразилось в публичном показе произведения в составе еженедельника «Аргументы и факты» в читальном зале зале библиотеки, а также изготовлении экземпляра произведения без согласия автора и правообладателя исключительных авторских прав с помощью копировального аппарата.
…
Арбитражный суд иск отклонил, посчитав, что если периодическое печатное издание правомерно введено в гражданский оборот, то произведение опубликованное на его страницах можно и дальше распространять без согласия автора или правообладателя. А изготовление ещё одного экземпляра газеты является репродуцированием, что не является предметом иска и не нарушает исключительные авторские права истца.”

Это они про вот этот феерический иск, если кто не помнит.

Родственники Цоя собираюццо судиццо:

“Как стало известно, буквально вчера - 12 деабря 2008 года прошёл съезд этого движения где было утверждено название движения - “Солидарность” (название, заимствованно у профсоюза “Солидарность”, который в 80-е годы объединил оппозицию коммунистическому режиму в Польше) наряду с названием (видимо с креативом в движении совсем беда) они решили позаимствовать и гимн, выбрав в качестве оного песню Виктора Цоя “Перемен”. Как сами можете догадаться ни к наследникам, ни к Мороз рекордс, ни в РАО никто из них не обращался и разрешения не спрашивал.
Я даже сейчас не хочу углубляться в программу этого движения - я вне политики и моё сугубо личное мнение, что политика дело грязное и я не хочу чтобы этой грязью испачкали имя Виктора. Мне достаточно среди лидеров движения увидеть г-на Немцова, который замарал себя уже с ног до головы, но продолжает (с упорством достойным иного применения) лезть во власть, чтобы понять что это за организация.
Авторские права вроде бы никто не отменял! и 70-ть лет с момента смерти Виктора ещё не прошло, соответственно и “Перемен” ещё не перешла в народное достояние. Безусловно я отправлю соответствующие письма и в РАО и в Мороз рекордс, надеюсь они примут соотвествующие меры.”

Аффтару поста и комментаторам, кричащим “Ату их”, невдомек, похоже, что ни один кабак, в котором крутят что угодно, в том числе и Цоя, не спрашивал разрешения у правообладателей, и договоров с ними не заключал. Кабаки башляют за “публичное исполнение” музыки всяким там РАО и прочим коллективным управляющим, и “Солидарность” ничем с точки зрения ГК от кабака не отличается. Будут башлять и они, ничего сложного.
При этом аргументы у аффтара поста примерно такие вот:

“1. 4-я часть гражданского кодекса - запрет на любое использование произведения без согласия правообладателей - раздел “Авторское право”.
2. Защита личных неимущественных прав - право на не искажение - песня не имеет политического смысла, который ей приписывает движение “Солидарность” - о том, что песня не о протесте и не о политике говорит сам Виктор в нескольких своих интервью.
в принципе и 1-го пунка будет достаточно.”

Очень надеюсь, что, если дойдет до суда, родственнеги его успешно проиграют. Потому что “считать песню такую-то нашим гимном” — это не использование произведения, в статье 1270 ГК про это ничего нет. И даже с учетом того, что перечень способов использования в статье не исчерпывающий — это все равно слишком вольная ее трактовка.
А если иск родственники выиграют — проиграют все остальные: ведь в данном случае речь идет не об использовании произведения, а о том контексте, в котором оно используется. И (п. 2) — о том, какой смысл ему придается. Мировая копирастия еще не замахивалась на такое: указывать на то, как следует понимать то или иное произведение…
В общем, инициативы такие нужно давить в самом зародыше. И желательно танками.

Статья о переводе юридических текстов:

“Необходимо также иметь представление о законодательной (юридической) технике обеих стран. Ошибки в этой области также случаются достаточно часто. К примеру, при рассмотрении положений проекта части четвёртой Гражданского кодекса РФ (о правах на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации), в отношении которых у иностранных экспертов сложилось убеждение об их расхождении с рядом международных соглашений, в которых участвует Россия, «оказалось, что большая часть претензий основана на недоразумениях, связанных с неудачным переводом (как указанных соглашений на русский язык, так и проекта – на английский) или с недостаточным знакомством с российской правовой системой» . В частности, «во вводном законе к части четвёртой ГК упоминалось об отмене вместе с Законом об авторском праве также и тех законов, которыми в него вносились изменения и дополнения (так требуют принятые у нас правила юридической техники). Причём в названии одного из этих законов упоминался Уголовный кодекс РФ (он, очевидно, менялся одновременно с Законом об авторском праве). На этом основании некоторые иностранные эксперты всерьёз считали, что в связи с принятием части четвёртой ГК будет отменён и Уголовный кодекс».

Так что вполне возможно, что отечественное авторское право “гармонизировано” не с международными нормами, а с неправильным переводом на английский.

С форума:

“Админы, 2009-й год на носу.
Правильно ли я понимаю, что лицензии на софт, приобретенный до 2004 года включительно прекратят свое действие и софт надо будет либо сносить, либо продлять лицензии??? А то ведь все на админов повесят. На кого же еще.
Согласно ч.4 ст.1235 ГК срок лицензионного договора (если он не указан в договоре) составляет пять лет.”

Любой представитель мелкософта после такого вопроса разведет клиента на новую винду. А клиент будет платить и каяться…

Продолжаю тему совместного постановления Верховного и Высшего Арбитражного судов про ответственность без вины, и прочее.
Сначала, как вы помните, об этом написал “Коммерсант”, а потом — “Лента”. Потом на “ленте” вышла большая статья, в которой была ссылка на проект постановления. Я посмотрел — вариант оказался тот же, что и у меня, который я цитировал. Ну, я и решил, что “Коммерсант” почему-то написал об ответственности при отсутствии вины только на основании первого абзаца того пункта, о котором шла речь. Нет, оказалось, ошибка не у “Коммерсанта”, а у “Ленты”: там дали ссылку на первый, сентябрьский вариант черновика. Но вот сегодня добрые люди поделились вторым, ноябрьским. Отличить их, не читая текста, просто: в самом начале проставлено поле под дату, в котором, соответственно, месяцы, сентябрь и декабрь. То есть, принять это рассчитывают в декабре.
Так вот, во втором варианте черновика нужный нам пункт поменял номер с 21 на 23 и выглядит теперь так:

“23. В силу пункта 3 статьи 1250 ГК РФ отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.
С учетом этого судам надлежит иметь в виду, что пресечение нарушения производится независимо от наличия или отсутствия вины нарушителя. Отсутствие вины нарушителя не исключает применения и иных мер защиты исключительных прав, в том числе в форме взыскания с нарушителя убытков или компенсации. При этом суд, рассматривающий дело о взыскании компенсации с нарушителя в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, учитывает отсутствие его вины при определении размера компенсации (пункт 43.3 настоящего постановления).”

То есть, ссылка на статьи ГК, исключающую взыскание возмещения убытков и компенсации при отсутствии вины нарушителя, которая была в первом варианте черновика, во втором варианте куда-то делась. Теперь аффтары проекта считают, что и убытки, и компенсацию все-таки можно взыскать и с невиновного. А почему? А по кочану, вот считают они так, и все тут.
Собственно, это старая отечественная проблема: кто что охраняет, тот то и имеет. Вот, ВС/ВАС охраняют, к примеру, закон — они же его и имеют, во все дыры…