“Производитель шампанского просит защиты у президента”

“КоммерсантЪ” пишет, что ОАО “Нижегородский завод шампанских вин” (НЗШВ) обратился в администрацию президента России, Министерство финансов и Федеральную налоговую службу (ФНС) с жалобой на многочисленные налоговые проверки предприятия.

В обращении генерального директора НЗШВ Юрия Лисенкова говорится, что действия налоговых органов “превратились в инструмент подавления экономической самостоятельности предприятия и ограничения свободы предпринимательства”.

“Последняя проверка длится уже десятый месяц, ее неоднократно приостанавливали и продлевали. Налоговики нам уже сообщили, что после этой выездной проверки начнется еще одна”, - пояснил заместитель гендиректора НЗШВ по правовым вопросам Владимир Егоров. По его словам, по результатам назначенной в декабре 2006 года одной из выездных проверок заводу доначислили всего 145 тыс. рублей налогов и пени.

В управлении ФНС по Нижегородской области комментировать претензии НЗШВ отказались.

Эксперты полагают, что интерес налоговой службы к НЗШВ, скорее всего, спровоцирован обращением предприятия в Европейский суд по правам человека с иском к правительству РФ о компенсации убытков, связанных с кризисом алкогольной отрасли в 2006 году.”

НЗШВ кстати, есдинственная контора, которая посмела барахтаться против ЕГАИС, еще тогда, когда ее только вводили (вот тут лежат документы с суда). Теперь они идут в ЕСПЧ, за что и страдают по дороге.

“Европейский суд может признать шимпанзе «личностью»

“Судьба Мэттью оказалась в центре внимания общественности, после того как расположенный в Вене приют, где Мэттью проживал с другими животными, в феврале 2007 г. объявил о своем банкротстве. Местные защитники животных, возглавляемые проживающей в Австрии британской учительницей Полой Стиббе пытались организовать сбор средств в поддержку Мэттью, содержание которого обходится в £4 тыс. ежемесячно. Когда выяснилось, что в случае закрытия приюта никто не сможет гарантировать, что Мэттью не будет продан за пределы страны или даже подвергнут эвтаназии, они обратились в суд с требованием назначить обезьяне опекуна. Однако сначала суд низшей инстанции, а затем Верховный суд Австрии отвергли это требование с мотивировкой, что опекуны могут быть только у людей. Пола Стиббе обратилась в Европейский суд по правам человека по совету своего юриста, который отметил, что в данном случае речь идет о фундаментальном вопросе, кто может являться носителем человеческих прав согласно Европейской хартии прав человека. В свою очередь представитель Европейского суда в Страсбурге заявил, что касающееся шимпанзе ходатайство будет внимательно изучено юристами на первичном уровне, прежде чем решить устраивать ли по этому делу полномасштабные слушания.“

Это, однако, пять. Но боюсь, “полномасштабных слушаний” ЕС все-таки не назначит. А жаль…

Формуляр жалобы в Европейский суд по правам человека (архив с док-файлом).

Отсюда.

“Дело Khudobin v. Russia (Худобин против России): Осуждение на основании провокации является нарушением гарантий справедливого судебного разбирательства - постановление по делу

29 октября 1998 года Т. (в качестве добровольного агента милиции) попросила Худобина купить для нее дозу героина. Он согласился и вместе с М. встретился с нею на улице. Т. передала Худобину меченые банкноты, которые она получила от сотрудников милиции С. и Р. Худобин взял деньги и пошел к Г., который дал ему пакет с 0.5 г героина. Он вышел на улицу, чтобы встретиться с Т., где был задержан сотрудниками милиции, которые ожидали его на улице.
Худобина доставили в ОВД. Там у него были изъяты меченые банкноты, на которых сохранились его отпечатки пальцев. Т. в присутствии понятых выдала пакет героина, указав, что она получила его от Худобина. Пакет был опечатан, подписан понятыми и направлен на экспертизу. Худобин был помещен в камеру в ОВД.
…
Относительно нарушения статьи 6 Конвенции, на которое также жаловался заявитель, Суд, ссылаясь на свою практику, указал, что несмотря на необходимость бороться с преступностью, использование агентов под прикрытием должно быть строго ограничено. В данном деле преступление не было бы совершено, если бы не вмешательство сотрудников милиции. Из материалов дела было неясно, почему Т. согласилась выступить в качестве добровольного помощника сотрудников милиции. К тому же, Худобин не получил никакой финансовой прибыли от продажи героина, а М. сказал, что Худобин никогда ранее не приносил ему героин. Из этого можно сделать вывод, что он вряд ли был торговцем наркотиками, известным сотрудникам милиции, напротив, операция была направлена на любого, кто согласился бы купить героин для Т. Более того, с точки зрения Суда, любая подобная операция должна проводится под соответствующим контролем. Но в данном случае, она проводилась по простому административному решению, в котором содержалос! ь очень мало информации об основаниях и целях такой “проверочной закупки”. Данная операция не была и не могла быть предметом судебной проверки или проверки иным независимым органом, что в данном случае является очень существенным.
Заявитель был обвинен на основании показаний Т. и его друга М., который присутствовал при задержании. Сотрудники милиции, проводившие закупку, не были допрошены. В постановлении прямо написано, что Суд “поражен” тем, что дело рассматривалось в отсутствии заявителя, и разрешавший дело судебный орган не принимал своего собственного решения о невменяемости заявителя. В связи с этим, Суд счел, что заявитель был лишен гарантий справедливого судебного разбирательства, гарантированных ст. 6 Конвенции.”

12000 евро, между прочим. Не за одно только это, там букет нарушений был. Но это — к вопросу о бурной деятельности “1С”.
Название для статти, кстати, придумал: “1С: Комплексная подстава”.

Суд по делу Vanyan v. Russiaпризнал, что приговор, основанный доказательствах, полученные в результате провокации, нарушает право на справедливое судебноеразбирательство, как и отсутствие подсудимого или его представителя всудебном заседании в надзорной инстанции.

“На взгляд автора, это решение может иметь большое значение для изменения практики правоохранительных органов по использованию, так называемых «проверочных закупок», в результате которых, фактически, провоцируется преступление, которого бы могло не быть. Данное постановление - одно из тех, по которым хотелось бы видеть определенные меры общего характера, направленные на изменение законодательства и правоприменительной практики.
Что касается обстоятельств дела, то заявитель был задержан 3 июня 1998 г. и доставлен в отделение милиции в Капотне, в Москве. Там он был обыскан. У него обнаружили пакет героина. 4 июня 1998 г. в отношении заявителя был оформлен протокол о совершении административного правонарушения - мелкого хулиганства. 5 июня 1998 г. заявитель был освобожден. 5 июня 1998 года было возбуждено уголовное дело по обвинению заявителя в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.228 УК РФ (приобретение и сбыт наркотических веществ в особо крупном размере).”

По такой же схеме строится куча “закупок” по делам о наркотиках. Так что, если такое дело попадет в ЕСПЧ, то там есть большие шансы на срубание бабок. Особенно по тем делам, по которым врачей за кетамин судили: когда приездает врач на вызов, где его ждет “больной”, который просит купировать похмелье чем-нибудь запрещенным, и т.д.
Кстати, Самодуров тоже туда идет со своей жалобой, за “Религию”, видимо. Интересно, что Европа на это скажет?

“Россия отказалась учесть решение Страсбургского суда”
Очень характерная расстановка акцентов уже в заголовке: по логике авторов статьи, решение Страстбургского суда должно как-то повлиять на вывод суда русского о виновности подсудимых. Сходную логику демонстрируют авторы ходатайств из СИЗО, которые пытаются обосновать свою невиновность тем, что их избивали в милиции. Очень распространенная ошибка в рассуждении, под названием “после этого — значит вследствие этого”.
“Выбивают” признание вовсе не у того человека, который совершил преступление, а у того, который в нем не признается. Соответственно, избиение — отдельно, а виновность в преступлении — отдельно. И избиение милиционером преступника — это повод наказать милиционера, но не оправдывать преступника. Очень часто об этом забывают.
К сожалению, на сайте ЕСПЧ это решение выложено только по-французски. Вдобавок, в статье напутаны даты: не 13, а 12 апреля оно вынесено.
А ЕСПЧ, кстати, по существу дела не рассматривает, так что его решения на признание виновным никакого влияния оказать и не могут.

Конспироложеская заметка про Беслан. Кандидатка в апофеозы.

Феерическое определение киргизского суда по доменным спорам, опять же, кандидат туда же:

“Поручить Агентству Информатизации и Связи Республики Казахстан: приостановить функционирование любых доменных имен, в какой бы то ни было доменной зоне они не были зарегистрированы, и Интернет-сайтов, в названиях которых могут присутствовать разные вариации и словосочетания слов, где присутствуют наименования зарегистрированных торговых знаков “Навигатор”, “Нави”, “Navi”, “Navigator”.”

То есть, если определение будет исполнено, пока будет рассматриваться иск, киргизы не смогут ходить на соответствующие сайты. Начало Великого Киргизского Файрволла, так сказать.

Список решений Европейского суда по правам человека, принятых по жалобам россиян.

Doc, 134 килобайта

К вопросу о страстбургском правосудии:

“Тамара Рохлина, обвиняемая в России в убийстве своего мужа, депутата Государственной думы Льва Рохлина, выиграла дело против России в Европейском суде по правам человека, который присудил ей денежную компенсацию.”
…
“Рассмотрев представленные документы, суд отметил, что “любая система предварительного заключения автоматически несовместима с параграфом 3 статьи 5 Европейской конвенции по правам человека”, в котором идет речь о праве быть судимым в разумные сроки и оставаться на свободе во время процесса”.

С одной стороны — учитывая отечественную привычку сажать под стражу всех, кого можно и кого нельзя, правильный вывод. С другой — как же после таких выводов сажать тех, кого нужно?..
И, наконец, кульминация:

“Кроме того, суд счел, что протяженность судебного процесса в России, составляющая более шести лет, представляет собой нарушение параграфа 1 статьи 6 Европейской конвенции по правам человека (право на справедливый процесс в разумные сроки). …
Нарофоминский городской суд признал ее виновной и приговорил к восьми годам лишения свободы, однако позже Мособлсуд сократил срок наказания до четырех лет и освободил Тамару Рохлину из-под стражи. Затем обвинительный приговор был отменен Верховным судом, и дело направлено на новое рассмотрение в городской суд Наро-Фоминска”.

То есть, то, что она, вообще-то, не под стражей это время сидела, а отбывала наказание по приговору суда — Страстбургу побоку, получается.