Тут нам сообщают, что завтра Госдума примет в первом чтении большинством голосов проект по принятию поправок в ГК. В котором, в частности, предлагается разрешить копирование произведений в личных целях “по необходимости”, а не просто так, как сейчас, а также исключить возможность освобождения от ответственности за нарушение средств защиты авторских прав. Сейчас статья 1299 ГК (ч. 3) предусмотривает ответственность за обход этих средств только тогда, когда использование произведения не разрешено без согласия автора. В противном случае к гражданской ответственности пользователя привлечь нельзя. Правда, на практике это не работает просто потому, что ментам лень разбираться в отличиях законодательства об информации и авторского права, и они лепят за “взлом защиты” статью 272 УК. Ну, а в проекте предлагается и формально запретить такую неслыханную вольницу.

Ну, а насчет “копирования по необходимости” — я даже не представляю, к чему это может привести. Судов из-за скопированного чего-нибудь для себя, без намерения продать, я что-то не припомню. Но копирасты способны на самые невероятные подвиги, так что все может быть.

Давно искал, кстати:

“Итак, за семь последних лет число погибших детей снизилось на 36%, количество случаев причинения тяжкого вреда здоровью детей снизилось на 40%, количество изнасилований детей уменьшилось на 34%, число детей, пострадавших от насильственных действий сексуального характера снизилось на 26,5%.
…
Откуда же взялась много раз мелькавшая в СМИ цифра об увеличении сексуального насилия в отношении детей в 25 раз за последние 5 лет?
Как видно из таблицы, такое число можно получить только сравнив количество зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 134 УК РФ за 2003 год с аналогичным показателем 2007 года. Но в 2003 действовала редакция закона, по которой каралось половое сношение с лицом, не достигшим 14-летнего возраста, а в 2007 - 16-летнего возраста. Понятно, что подростки 14-15 лет имеют больше сексуальных контактов (в том числе с лицами старше 18 лет), чем подростки, которым еще нет 14. Поднятие планки возраста согласия на 2 года естественно на порядок увеличило число лиц, обвиненных по данной статье.”

И там еще рассказывается про один долбоебский законопроект какого-то “борца с педофилией”:

“В ст. 134 ч. 1 появилось два важных нововведения. Во-первых, в действующей редакции наказывается половое сношение с лицом, заведомо не достигшим шестнадцатилетнего возраста. В новой редакции слово “заведомо” предлагается убрать. То есть если вы познакомитесь с 15-летней девушкой, которая выглядит на 20 и утверждает, что ей 25, то вас все равно посадят. Даже если все эксперты подтвердят, что по физическому и психологическому развитию девочка опережает свой календарный возраст, даже если она вас обманывала, показывая паспорт старшей сестры, - все равно по закону вы будете считаться педофилом.”

“Госдума цифруется на случай буквоедства”

“Сегодня Госдума в первом чтении должна рассмотреть поправки к закону “О библиотечном деле”, легализующие деятельность электронных библиотек. В целях “сохранности фондов” национальные библиотеки предлагается наделить правом оцифровывания книг, видеофильмов и других произведений, что позволит им создавать электронные копии документов без согласия авторов и без выплаты им вознаграждения. Эксперты опасаются, что это приведет к бесконтрольному распространению в цифровом виде продукции, охраняемой авторским правом, и может подорвать, в частности, книгоиздательский рынок, оборот которого оценивается в $2 млрд.

Проект поправок к закону “О библиотечном деле” внесла в Госдуму группа депутатов под руководством главы комитета по культуре Григория Ивлиева и вице-спикеров парламента Светланы Журовой и Олега Морозова. Основная часть законопроекта посвящена наделению статусом национальной новой Президентской библиотеки имени Бориса Ельцина, однако в нем содержатся и положения, дающие ей вместе с Российской государственной библиотекой (Ленинка) и Российской национальной библиотекой в Санкт-Петербурге право оцифровывать документы. В целях “сохранности фондов” эти библиотеки имеют право оцифровывать книги, видеофильмы и музыкальные фонограммы, которые должны передавать им все производители этой продукции в России в соответствии с федеральным законом “Об обязательном экземпляре документов”. Оговаривается, правда, что библиотеки должны делать это не сразу, а через два года после поступления к ним обязательных экземпляров. Проект поддержал профильный комитет Госдумы по культуре, отдельно оговорив, что деятельность библиотек фактически надлежит вывести из области авторского права, внеся соответствующие поправки в четвертую часть Гражданского кодекса РФ. Если эти изменения будут приняты Госдумой, библиотеки получат право создавать электронные копии документов без согласия их авторов и без выплаты им вознаграждения.”

Кстати, у библиотек уже есть право делать бумажные копии “путем репродуцирования”, предоставленное им той самой 4 частью ГК:

“Под репродуцированием (репрографическим воспроизведением) понимается факсимильное воспроизведение произведения с помощью любых технических средств, осуществляемое не в целях издания. Репродуцирование не включает воспроизведение произведения или хранение его копий в электронной (в том числе в цифровой), оптической или иной машиночитаемой форме, кроме случаев создания с помощью технических средств временных копий, предназначенных для осуществления репродуцирования.”

Спрашивается, может ли библиотека в рамках этого права делать цифровые копии? По моему скромному мнению, вполне может. Поскольку репродуцирование разрешается “для восстановления, замены утраченных или испорченных экземпляров произведения и для предоставления экземпляров произведения другим библиотекам, утратившим их по каким-либо причинам из своих фондов”. Для того, чтобы сделать копию для замены утраченного произведения, нужно этим заняться до утраты — по понятным причинам. Т.е., если мы делаем цифровую копию, кладем ее на винт и никому не показываем до тех пор, пока нас не постигнет та самая утрата. Такая копия может считаться “временной, предназначенной для осуществления репродуцирования”. Ну, это в либеральной трактовке статьи, разумеется, какой-нибудь “Копирус” со мной не согласится.

Но даже и без такой трактовки — не понимаю, из-за чего кипеж. Издатели всегда ноют и опасаются “злоупотреблений”. Хотя для того, чтобы такими злоупотреблениями заниматься, нужен свой человек в библиотеке. Который прекрасно может отсканировать книгу и сам, без новомодного законопроекта, и слить ее куда нужно. Более того — часто так и происходит. Надо бы “издательскому бизнесу” посоветовать не ограничиваться полумерами, и перейти к борьбе за запрет библиотек вообще.

Или нет, не надо. Еще послушаются…

Очередной законопроект о борьбе со спамом. С одной стороны — исполнять это все равно никто не будет, так что пора с такими документами поступать примерно так же, как с проектами вечных двигателей. С другой — когда 88% всей электропочты составляет спам (по данным Симантека из свежеполученного пресс-релиза), то с этим надо что-то делать. Что делать — непонятно…

“Всем бороться”

“Как стало известно «Эксперту» в середине мая, депутаты Госдумы активно работают над законопроектом, который должен обязать администрации школ, вузов, ресторанов, клубов и кафе бороться с наркоторговлей во вверенных им заведениях. Когда будет подготовлен и принят регламент, предписывающий порядок такой борьбы, в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП), а возможно, и в Уголовный кодекс добавят статью, карающую за «попустительство наркоторговле».

Предполагается, что ответственность по этой статье будут нести руководители учреждений, в которых была выявлена наркоторговля или употребление наркотиков. Логика авторов, выходит, такова: боритесь с наркоторговцам, причем за свой счет, а не то мы вас накажем.”

Все же удивительная настойчивость в перекладывании проблем на здоровую голову с больной. В Думе уже сейчас четыре (1, 2, 3, 4) законопроекта об ответственности за “попустительство наркоторговле”.

Помнится, при вводе ЕГАИС был изменен порядок маркировки бутылок марками: убрали ту, что лепилась на горлышко и рвалась при откупоривании бутылки. Это, разумеется, добавило геморроя со списанием марок: как правило, при бое бутылки горлышко оставалось целым, и контролерам можно было, если что, доказать, что бутылка вот она, и никуда налево не ушла. Ну это не говоря уже о том, что без марки на горлышке бутылку можно пустить во вторичный оборот.

Но вот близится конец геморрою: законопроект про изменение маркировки взад, как было, готовится ко второму чтению. Правда, вспоминается сразу анекдот про бордель, в котором в подобных ситуациях отнюдь не кровати переставляют.

Справка МЭРТ (пдф) о законопроекте по внесению поправок в четвертую часть ГК. Судя по описанию — задница сплошная. Будем надеяться, что это чудо зарубят на дальних подступах. Шоб не поганило Гражданский кодекс.

Пока мы тут прохлаждались, были выложены в интернет тексты законопроектов о “ЕГАИС-2″. Первый из них, который “О мерах по противодействию…”, выложил в своем блоге В.И,Алкснис, так что я туда буду ссылаться, а то Дума в RTF выложила. К тому же, на примере комментариев можно увидеть, что бывает, когда закон читается и толкуется несистемно. Это очень распространенный подход: берется кусок закона и из него делаются выводы. Как правило, неправильные. Но мы так делать не будем.

Законопроект, пояснительная записка, финансово-экономическое обоснование, и вводная от Алксниса.

“Товарам послана черная метка”

“Борьба с “интеллектуальным пиратством” в России выходит на принципиально новый уровень. Лидерами фракции “Единая Россия” в Госдуму вчера внесен законопроект, предписывающий правительству ввести аналог системы ЕГАИС в отношении оборота лекарств, аудиовизуальной продукции и компьютерных программ, стройматериалов, косметики, автомобилей и запчастей, ряда других товаров. Одновременно предлагается ужесточить наказания за пиратство, ввести лицензирование издательской и полиграфической деятельности. Физлиц-покупателей “пиратской” продукции проектом предлагается штрафовать в размере 100 руб.”

Пока в интернет еще ничего не выложено, кроме пояснительной записки к основному проекту, в которой, по традиции, написана всякая херня. Есть еще дополнительный, о внесении изменений в другие законы, но там нет вообще ничего. Надо бы последить и почитать, когда выложат.

Особенно мне понравилось про ответственность за приобретение. То есть, человек, который приобретает пиратку, становится нарушителем, а тот, кто переписывает у него “в личных целях” — нет, ибо разрешено 26 статьей ЗоАП.

Вообще, хороший вопрос: является ли копия, приобретенная для использования в этих самых целях, “контрафактной”? Если строго толковать определение “контрафактности” (”Контрафактными являются экземпляры произведения и фонограммы, изготовление или распространение которых влечет за собой нарушение авторских и смежных прав.”), то не является: покупатель его не распространяет. “По-моему, так” (с)

Но про ответственность потребителей — скорее всего отменят. А вообще, на излете депутаццких полномочий они сейчас навносят всякой херни: разбираться все равно будет следующий созыв.

Почитал свежий законопроект “за экстремизм”. Вернее, скачал и почитал. Из пяти файлов, которые были мне нужны, три были в формате “doc”, остальные — в rtf. Это к вопросу о засилье мелко-мягких.

Трогательная деталь: файл с текстом закона ко второму чтению называется “400063ДепТекстФСБ.doc”. ФСБ, кстати, получает по нему право пользоваться мигалками при выездах на задания.

Абассака: ментам предлагается запретить

“подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация);

фальсифицировать результаты оперативно-розыскной деятельности”

…внеся соответствующие изменения в закон “Об оперативно-розыскной деятельности”. Как будто они раньше этим занимались из-за того, что запрета не было. Еще прослушка и “оперативный эксперимент” (в ходе которого, в основном, и совершались провокации) разрешены при раскрытии и расследовании преступлений средней тяжести.

К отягчающим обстоятельствам, наряду с “национальной, расовой и религиозной” ненавистями добавились ненависти “политическая” и “идеологическая”, а также “ненависть к социальной группе”. Соответствующим образом изменены статьи 105, 111, 112, 115, 116, 117. Ну и плюс вовлечение несовершеннолетнего, хулиганка, вандализм, надругательство над местами захоронения. Короче, куда дотянулись, туда и впихнули.

Если вспомнить “дело Терентьева”, то можно понять: простор для творчества открывается грандиозный. Но еще более грандиозным он будет при применении следующего отягчающего обстоятельства, свежедобавленного:

“е¹) совершение преступления из мести за правомерные действия других лиц, а также с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение;”

“Месть за правомерные действия” — это очень широкое понятие: под него можно подвести и те преступления, которые совершаются “из личной неприязни”, например. “Правомерные действия” могут быть и поводом для преступления.

Еще с какого-то перепугу некоторые СМИ написали, что “Не может считаться экстремистским преступление, совершенное по мотиву кровной мести”. С прямым углом перепутали: “кровная месть” включена законопроектом в число обстоятельств, отягчающих ответственность за убийство. Убийство по мотивам кровной мести по нему попадает под вторую часть 105 статьи. В 119 статью добавлена вторая часть, об угрозе убийством по тем же самым “мотивам вражды”.

Плюс — еще одно интересное нововведение:

“в статье 282¹:

а) в абзаце первом части первой слова “по мотивам идеологической, политической, расовой, национальной или религиозной ненависти либо вражды, а равно по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социальной группы преступлений, предусмотренных статьями 148, 149, частями первой и второй статьи 213, статьями 214, 243, 244, 280 и 282 настоящего Кодекса (преступления экстремистской направленности)” заменить словами “преступлений экстремистской направленности”;

Это — статья про “организацию экстремистского сообщества”. Смысл изменений — в том, что раньше “экстремистским” признавалось сообщество, организованное для совершения строго определенного перечня преступлений. Теперь — перечень убрали, и “экстремистским” может быть признано любое сообщество, совершившее хоть что-то по “экстремистским” мотивам (т.е., любое из перечисленных в этом посте преступлений). Это прямо закрепляется вторым примечанием к статье:

“2. Под преступлениями экстремистской направленности в настоящем Кодексе понимаются преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, предусмотренные соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса и пунктом “е” части первой статьи 63 настоящего Кодекса.”

update: С “кровной местью” — это я ступил к концу тяжелого рабочего дня. Она в части 2 105 статьи и так была, в пункте “л”, наряду с “национальной, религиозной” и прочей враждой. Пункт “л” по проекту станет полностью посвящен “вражде”, а “месть” просто вынесли в отдельный пункт. Так что “Росбалт” формально все правильно написал. Но через жопу.