По Поносову

Дочитал таки «дело о сепычевских виндах». Большая его часть — просто балласт, а некоторые документы приобщены в двух экземплярах. Там прокуратура с какой-то радости возбудила два дела, за винды и за офис, и начальные материалы проверки вошли в оба. Потом дела соединили — и в итоге две копии. Короче, полезного объема там — листов от силы пятьдесят.
Включая экспертизу на десятке листов. При этом основное содержание «экспертизы» составляет распечатка скриншотов файлов реестра, обнаруженных на дисках, плюс самих запущенных приложений. Естественно, перед экспертом поставлены вопросы о том, «контрафактные ли программы», «кто является правообладателем» и «какой ущерб причинен» — без этого никуда нам. На вопрос о том, «имеются ли признаки контрафактности» эксперт радостно отвечает: «программы являются контрафактными». Нормально.
Естественно, сотрудники управления образования, у которых на балансе стоят компы, не допрашивались вообще. Основное «доказательство» — отсутствие бумажек. Вопрос о дате установки не ставился и не исследовался вообще, хотя не то в деле не то в каких-то сопутствующих документах фигурируют данные о том, что на дату установки компьютеры были еще у поставщика. Зато в постановление об экспертизе следователь впиндюрил вопрос о том, имеются ли на дисках кряки или генераторы ключей — чтобы «вредоносные программы» вменить, незаконно, разумеется.
В общем, типичное дело. Таких сейчас в производстве и судах — как говна за баней. С такими же нарушениями и такой же (то есть, никакой) «доказательственной базой». Если бы на таком уровне доказывали убийство — оправдательный был бы, а пиратство — можно. По слухам, есть неофициальные указания рассматривать дела по 146 статье с обвинительным уклоном, и глядя на то, как такое фуфло через суд проходит — верится без труда.

Запись опубликована в рубрике 146, 273, Авторское право, Антимент, Дела, Компьютеры, Маразмы, Охранители, Программы, Прокуратура, Сепыч, УК, Экспертизы. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий